Теплоходы по Северо-Двинской системе ходят гораздо реже (и сами они меньше по размерам), чем по Волго-Балтийской, так что туристов в основном везут сюда из Гориц. Наполовину крепость окружена водой, наполовину — выросшим из неё городом Кирилловым. В Кириллове — деревянные дома, несколько каменных особняков в центре и большой березовый сквер на площади.

Крепость называется Кирилло-Белозерским монастырем, но для этого города это не просто монастырь — когда-то за мощными стенами располагался и сам город.

Перед главными воротами крепости — Казанской проездной башней — стоит большая церковь Казанской иконы Божией Матери с круглым куполом.

Территория крепости огромна. Казанская башня — часть внешнего ряда укреплений, Нового города.

Когда-то, видимо, здесь, между двумя рядами укреплений, действительно располагался целый город. По Новому городу протекает речка Свияга.

Внутри больший крепости — две маленьких, смежных друг с другом. На самом деле здесь два монастыря — Успенский и Ивановский, и каждый имел свои стены и башни, частично сохранившиеся до сих пор. Дорога, вымощенная огромными булыжниками, ведет от Казанской башни Нового города к надвратной церкви Иоанна Лествичника Успенского монастыря.

Постройки здесь, в отличие от Нового города, сохранились, да еще как! Прошедшим через Святые врата, контрастно с длинной пустынной дорогой, открывается вид на небольшую площадь, на которой стоит целый городок из соборов, церквей и колоколен.

Успенский собор оброс совершенно бесконечным количеством церквей и крошечных церквушек, пристроенных к нему и друг к другу безо всякой системы.

В их числе — единственная действующая церковь монастыря — церковь Кирилла Белозерского.

Чуть дальше возвышается колокольня монастыря с множеством окошек в разнообразном обрамлении.

С одной стороны колокольня пристроена к древней церкви Архангела Гавриила, с высокими, почти лишенными окон стенами.

С другой — к церкви Введения с трапезной палатой, которая украшена следами многих перестроек.

Хаотической нагромождение построек на этой маленькой площади, усиливающее впечатление древности монастыря, разбавлено, кажется, попавшим сюда случайно зданием — совершенно не монастырским по виду: оно бы стало отличным главным усадебным домом для какого-нибудь дворянина. Здание украшено изящным портиком с парными колоннами, полукруглым окном и элегантным балкончиком; оно выстроено по всем правилам классицизма. Это — палаты Архимандрита, где находится экспозиция очень богатой музейной коллекции древнейших икон и предметов старины. Часть икон — из реставрируемого Успенского собора.

В некоторых местах дорожки вымощены... древними надгробными плитами.

Хотя монастырское кладбище вполне существует, но на нем — памятники более поздние и изящные.

Дорожки выводят мимо трапезной, через ворота в древней, покосившейся крепостной стене Успенского монастыря — прямо на берег Сиверского озера. Вдали видна одна из башен Нового города.

Самые красивые виды на монастырь открываются с другого берега озера и распространяются на сувенирах. Здесь башни пониже.

Один из проходов в стене (Водяные врата) приводит обратно в монастырь — прямо сквозь церковь Преображения господня, треглавую, богато украшенную. Она кажется несимметричной — но это просто от того, что ее главный фасад обращен не на ворота.

Вокруг — идиллические равнины и холмы, заросшие ровной сочной травой и застроенные древними церквями и палатами.

Виднеются маковки церквей второго, Ивановского монастыря.

Хаотичность, несимметричность, полное неподчинение каким-либо законам композиции, и в то же время редкостная живописность Кирилло-Белозерского монастыря делает его похожим на какой-нибудь древний замок, и его история, полная сражений и битв, вполне этому соответствует.

< Горицы ; Крохино >.